Последний "салам" Акежана Кажегельдина или как беглец от правосудия открыл «ящик Пандоры»

Преамбула

Многие из ныне живущих горожан прекрасно помнят регулярно появлявшийся в 80-х – начале 90-х годов ХХ века стойкий сладковатый запах, разносившийся по всему Усть-Каменогорску. Вдыхая «яблочный аромат», мы все точно знали, что и почём. Родимый сернистый ангидрид раздражающе щекотал ноздри, но, по сути, не был особо опасным: практически не провоцировал онкозаболевания, в отличие от иных, никак не пахнущих выбросов, количество которых тогда ещё было терпимым, а в последнее время резко и неуклонно возросло. В начале 2000-х годов яблоками пахнуть перестало. Но вот что любопытно: заболеваемость раком горла, лёгких, желудка среди горожан продолжала расти. И скоро Усть-Каменогорск прочно обосновался среди лидеров по числу онкобольных во всём Казахстане! Этот, казалось бы, на первый взгляд, парадокс давно заинтересовал нас. И мы решили заняться самостоятельным изучением темы. Ведь никаких вразумительных ответов от наших экологических органов мы так и не получили. Кроме банальной констатации фактов. Мы начнем наше повествование с угля. И вот почему. Вдоль и поперёк исколесив нынешним летом бывший Семипалатинский испытательный ядерный полигон, перелопатив кучу специальной литературы, и встретившись со множеством интересных и компетентных людей, можно выдвигать определенные версии. И пока все ныне здравствующие экологические государственные органы препираются между собой и грызутся за кусок денежного «пирога», не в силах назвать главных загрязнителей атмосферы Усть-Каменогорска, мы попытаемся сделать это. И пусть те, кто этой гипотезой возмутится, попробуют её развенчать. Итак, мы начинаем…


Первооткрыватели смерти

…Время действия – начало «славных» – криминальных 90-х годов. Место – город Семипалатинск и территория СИЯП (Семипалатинского испытательного ядерного полигона). В поле нашего зрения: две колоритные фигуры – Акежан Кажегельдин и его ближайший соратник по всевозможным «гешефтам» – Галымжан Жакиянов. Теперь первый – беглец от правосудия, прочно обосновавшийся в туманном Альбионе, откуда его ни палкой, ни происками Фемиды не выгонишь. Благо, при нём оказалась и финансовая «подпитка» – сотни миллионов долларов, вовремя уведенных им за пределы казахстанской юрисдикции. Целое состояние, начало которому дала «предпринимательская» и посредническая деятельность именно в Семипалатинском регионе. Второй фигурант – бывший «зэка», считающийся оппозиционером, практически сошёл с политической арены. Правда, в бытность главой администрации Семипалатинской области вовсе не противопоставлял себя власти. Напротив – олицетворял её и пользовался всеми её благами, набивая собственный карман.

Но тогда, в 1989-90 гг., это были два скромных чиновника, владевших обычными «трёшками» – 3-х комнатными квартирами. Причём, по воспоминаниям очевидцев, «брателло» Аке не брезговал занять у сослуживцев несколько рублишек «до получки», и за ним тянулся «хвост»: учёба и пребывание на службе в КГБ СССР – со времён армии, в качестве «внутреннего секретного агента» (сексота). Кстати, будучи к началу 90-х сотрудником «наружного наблюдения» («наружки»), но не офицером, а простым прапорщиком, курировал отдельные участки ядерного полигона. Связи, заведённые там, пригодились в дальнейшем, как и знание обстановки. А его друг по жизни, во всяком случае её начальному, стартовому периоду – Галым, ездил на обычной «Волге», и не брезговал принять «коньячок в благодарность» от первых «нэпманов» – только зарождавшегося сословия кооператоров на союзном и затем постсоветском пространстве. Вскоре оба оказались в акционерно-коммерческой ассоциации «Семей», и уже тогда положили глаз на природные ресурсы региона, на залежи угля на территории СИЯП. Полигон был ещё закрыт, и месторождения не разрабатывались. Но друзья-подельники знали: их час придёт…

29 августа 1991 года, Нурсултан Назарбаев подписал Указ о закрытии СИЯП и создании безъядерной зоны. Благородной и гуманной инициативой сразу же не преминули воспользоваться расторопные дельцы. И в данном случае Акела не промахнулся… Чуть ли не на следующий день начинается разработка угольного месторождения Каражыра. В нужном месте и в нужный момент оказались и необходимая техника, и сотни специалистов. Видимо, и Аке, и Галымжан чуяли, что полигон доживает последние дни. И подготовились. В общем, работа по освоению угольного месторождения Каражыра пошла полным ходом, ещё летом 1991 года был специально выделен перспективный земельный участок на территории полигона (рядом с ядерной площадкой Балапан), и даже отремонтирована железнодорожная ветка. Под этот «гешефт» ими загодя была создана и фирма – открытое акционерное общество «Семей-Комiр», и, хотя лицензии на разработку недр на территории бывшего полигона долгие годы у них не было, «наверху» все благополучно закрывали на это глаза. Тем более, что вскоре А.Кажегельдин и сам круто взлетел наверх – из заместителят председателя Семипалатинского облисполкома превратившись в депутата Верховного Совета РК и председателя Союза предпринимателей республики при Президенте страны. А затем стал и всесильным временщиком-премьером, распродавшим всю промышленность и энергетику Казахстана за бесценок иностранцам. Партнёр Г.Жакиянов (с подачи Аке) на длительный «переходный период» возглавил Семипалатинскую область. Так что, у «отцов-основателей» казахстанского капитализма, к коим безусловно причисляли себя наши «герои», всё было схвачено. Реально и конкретно. Можно было творить что угодно. И они творили… Позже, в апреле 1996 г. министр геологии Даукеев (тоже семипалатинец) вручил Кажегельдину и Жакиянову почётные знаки «Первооткрыватель Республики Казахстан» – именно за освоение Каражыры.

В ОАО «Семей-Комiр» А.Кажегель-дину принадлежало около 32% акций, столько же отошло и Г.Жакиянову, остальное дали нужным людям за лоббирование их интересов. К слову сказать, наскоро сматываясь из страны в 1998 году, А.Кажегельдин умудрился даже впопыхах продать свои акции за 45 млн. долларов! Прибыльным оказалось месторождение Каражыра. По всем геологическим выкладкам запасы угля составляют 1,3 миллиарда тонн, а объём годовой добычи с 2,5 млн. тонн в 1992 году вырос до 4 млн. тонн к 1997 году. И хотя уголь Каражыры по качеству был хуже кузбасского, вскоре он вытеснил с рынка страны северного конкурента – не без содействия А.Кажегельдина была запущена в республике программа импортозамещения. Более того, при помощи премьер-министра РК (а такому человеку не отказывают) уголёк с его родного предприятия-кормушки серьёзно потеснил на внутреннем рынке и местных конкурентов. Наглядный пример: уголь Шубаркольского месторождения (Карагандинская область) по своим характеристикам ничуть не хуже продукции Каражыра (и главное – безопасней для здоровья людей, об этом мы ещё расскажем), но наверху у шубаркольцев не было такой «крыши», как А.Кажегельдин, и их разработки долгое время были «в загоне». Уж что-что, а лоббировать свои собственные интересы Акежан Магжанович умел!

И попёр уголь из Каражыры по всему Казахстану, добрался до многих регионов России. Его брали и крупные предприятия, и мелкие частники-домовладельцы, не подозревая, какую беду буквально вносят на руках в свой собственный дом! А дело в том, что за время разработки угольного месторождения Каражыра проблемой его радиоактивности практически никто всерьёз не занимался! В свете вышеизложенного, думается, нет смысла объяснять почему – всё и так предельно ясно. Отдельные, весьма разрозненные изыскания начали проводиться лишь после ухода А.Кажегельдина и Г.Жакиянова из власти, да и то весьма фрагментарно и поверхностно. Учёный мир знает об этом. Но вот знает ли об этом широкая общественность? Вряд ли. Никто толком не занимался анализом обстановки в регионе, не исследовал здоровье людей – как тех, кто трудится на разрезе Каражыра, так и тех, кто годами вдыхает пыль, вероятнее всего радиоактивную, образовавшуюся после сжигания угля, и вылетающую из труб.

Между тем, опасность действительно существует, она реальна. Судите сами. Месторождение Каражыра находится в непосредственной близости от площадки Балапан, на которой десятилетиями производились испытания ядерного оружия. Свыше 100 подземных ядерных взрывов не могли не оставить свой след. Если даже на поверхности земли радиационный фон относительно нормальный, то стоит копнуть вглубь – тут тебе найдется полный букет практически всех радиоактивных изотопов. Плутоний, америций, тритий, стронций, цезий и другие компоненты с периодом полураспада в сотни и тысячи лет намертво засели в этой земле. Не так давно, выступая на пресс-конференции в г.Семей, генеральный директор Национального ядерного центра РК Кайрат Кадыржанов поведал журналистам об одном таком случае:

– Разрабатывая один из разрезов Каражыры, наткнулись на угольный пласт, который дико фонил. Счётчик Гейгера прямо-таки зашкаливал. Благо, этот пласт оказался близко от поверхности, и его сняли, срезали, не используя в коммерческой деятельности. Потом отскладировали и прикрыли…

Это всего лишь один пример, но и он вызывает массу вопросов. А именно: срезан был весь откровенно радиоактивный пласт вместе с приграничными, переходными пластами, где фон был меньше, но всё же был? Или последние разработали и пустили «в дело», придерживаясь чисто коммерческих интересов? И всегда ли приглашают учёных, чтобы обследовать подозрительные пласты? Насколько нам стало известно – далеко не всегда. Там, где уровень радиации как бы «в норме», и фон не зашкаливает слишком – разработки идут, и идут годами. Но кто и когда определял эту «норму»? А радиация на Каражыре может наблюдаться практически повсеместно. Снаружи и под землёй. Однако, финансовая выгода с первых дней предприятия, несмотря на смену владельцев, всегда превалировала над всеми другими соображениями… К тому же, соседний НЯЦ, расположенный в г.Курчатов – вовсе не контролирующая организация, а исследователь и наблюдатель. И никто не нацеливал ядерный центр на бизнесменов-угольщиков специально. Различные министерства и ведомства также почему-то не задаются вопросом о потенциальной радиоактивности угля. Выходит, сначала побоялись вникать, а потом как бы поздно стало: нареканий и рекламаций нет, общественность не шумит, СМИ вопрос не будируют, ну и чего ради волноваться? Чего дёргаться?


Бомбы замедленного действия


А волноваться на самом деле всем нам есть от чего! Вот другой, не менее красноречивый пример. В апреле 1992 года на всё той же площадке «Балапан», на приустьевом участке бывшей боевой скважины «Глубокая» (ядерный взрыв произведён в 1977 году) произошло внезапное воронкообразное проседание поверхности земли (возле устья этой боевой скважины). Образование провала сопровождалось мощным взрывом и пожаром.

– Событие это долго обрастало слухами и разговорами. Но при этом никаких действий со стороны ИРБЭ (Института радиационной безопасности и экологии) произведено не было,- рассказывает нынешний директор ИРБЭ НЯЦ РК, заместитель генерального директора ядерного центра Сергей Лукашенко.- Тогда вообще никто не проявил к этому интереса. Лишь в 2006 году, когда я пришёл в НЯЦ, мы занялись изучением этой проблемы. И пришли к неутешительным выводам: на площадке «Балапан» идёт процесс подземной газификации и термической деструкции угля, что чревато весьма плохими последствиями!.

Так что, если из господ разработчиков угля и тех, кто его «пиарит», принуждая жечь в своих котельных, кто-то вдруг скажет, что, мол, со времени последнего ядерного взрыва прошло более 30 лет, и уголёк стал совсем безопасен – это не так. Новые опасности подстерегают их, да и всех нас. Тлеющий и, похоже, радиоактивный уголь Каражыры – это, по сути, бомба с зажжённым фитилём… К слову сказать, не по этой ли причине произошли мощные взрывы на Согринской и УК ТЭЦ зимой 2005 -2006 гг.? Многие горожане помнят, как в День Независимости 16 декабря 2006 года они мерзли без отопления и горячей воды.

О радиоактивной опасности угля Каражыры предупреждает и известный российский учёный, годами работавший на территории полигона – Леонид Рихванов. Ныне он – заслуженный деятель науки РФ, профессор, доктор геолого-минералогических наук и заведующий кафедрой Геологии и Геохимии Национального Исследовательского Томского политехнического Университета. В общем, специалист первостепенный, и абсолютно нейтральный. Уж он-то точно не лоббирует ничьи интересы. Так вот, Леонид Петрович вполне обоснованно считает, что уголь Каражыры весьма опасен для населения:

– Безусловно, поверхностное загрязнение радиацией за 30 лет несколько снизилось. Но внутреннее, подземное – нет. Учтите при этом обилие подземных радиоактивных водных источников, омывающих штольни. Они переносят изотопы радиоактивных элементов порой на далёкие расстояния. А ещё в угле Каражыры немалое присутствие ртути, кадмия, урана – так сказать, природная радиация. Плюс – приобретённая за десятилетия ядерных взрывов – плутоний, америций и множество других элементов. И эту радиоактивную заразу, в изобилии насыщенную альфа-, бета-, и гамма- излучением, развозят по всему Казахстану, России, пытаются по всему миру… Не зря ТЭЦ, потребляющие такой уголь, называют химическими бомбами замедленного действия! А заведомое распространение такой продукции я бы назвал экологическим терроризмом в действии.

По мнению профессора Л.Рихванова, разработки месторождения Каражыра давно необходимо поставить под строгий государственный контроль. Радиационно-экологический. За 19 лет добычи по Казахстану и зарубежью разошлось более 50 миллионов тонн угля. А ежегодная добыча превысила 5 млн. тонн. Свыше 100 посреднических организаций направо и налево продают его всем желающим согреться. Только не слишком ли дорого для здоровья выходит такой обогрев?! Не пора ли ответить на этот вопрос?!

Полностью согласна со своим российским коллегой и доктор химических наук Семипалатинского Государственного Университета им. Шакарима Марзия Яшкарова, выступившая на днях с научным докладом на республиканской научно-практической конференции, проводившейся ВКГУ им. С.Аманжолова:

– Уголь из Каражыры в изобилии содержит радиоактивные элементы, несмотря на периодически проводимые экологические экспертизы. В течение ряда лет кафедрой химии нашего вуза, совместно с институтом радиационной безопасности проводились исследования, во время которых мы обнаружили интересный факт. Полимерные комплексы способны «связывать» почву и поднимать вредные ионы вверх. Таким образом, почву можно чистить, верхний слой можно снимать. Если на наши разработки обратят внимание в министерствах и ведомствах, думаю, мы будем в состоянии оказать реальную помощь в обеззараживании земель полигона.

Безусловно, научные разработки – вещь полезная, однако, пока их реализуют – годы пройдут. А тем временем далеко небезопасный уголь из Каражыры поступает в г.Семей, и в г.Усть-Каменогорск, и в окрестные города и сёла. Его покупают частники. Даже в очередях бьются! С начала 90-х годов ХХ века перешли на него ТЭЦ в Семее и в областном центре. До этого жгли более безопасный и экологически чистый кузбасский, иногда шубаркольский. Но как мы говорили, политика «импортозамещения», а проще говоря лоббирования своего кармана, проводимая А.Кажегельдиным, ещё к 1993 г. принесла свои плоды. А в 1997 году криминальный премьер за бесценок отдал своим друзьям – американской компании «AES Пауэр энд Лайт» Семипалатинскую и Усть-Каменогорскую ТЭЦ. В Казахстан AES вошла по рекомендации посла США в РК Элизабет Джоунс. Госпожа посол самолично ездила по областям, буквально в каждую дырку совала нос, чтобы обеспечить своим протеже хорошие куски от пирога бывшей общественно-национальной собственности. При этом чувствовали себя у нас (да и продолжают!) американцы, как в какой-нибудь банановой заштатной Гаити, или третьестепенном Конго. Да, собственно, так и было – при попустительстве А.Кажегельдина, набивавшего свой кошелёк (то бишь заграничные счета) от каждой невыгодной Казахстану сделки, страна скатилась в середину второй сотни среди длинного списка мировых держав – где-то 152 место между Замбези и крошечной Верхней Вольтой. Но Кажегельдин строил дикий капитализм, и на разграбление богатств страны ему было плевать. Так, Экибастузская ГРЭС-1 при фактической оценочной стоимости 23,7 млрд. тенге была продана на закрытом тендере с применением процедуры голландских торгов американо-израильской компании «AES» по явно заниженной цене 100 млн. тенге. Для сравнения: заплатив за станцию мощностью 4000 мегаватт всего 3,7 млн. долларов, та же фирма «AES», приобрела тепловую станцию в Северной Ирландии мощностью 800 мегаватт (в 5 раз ниже нашей) за 300 млн. долларов. Но там, по мнению заокеанских капиталистов жили цивилизованные, «белые» люди, а с казахстанцами можно было не церемониться! И не церемонились… По аналогичной схеме «ушли» из рук государства Семипалатинская и Усть-Каменогорская ТЭЦ. Семипалатинскую ТЭЦ американцы потом просто бросили – слишком много хлопот в этом городе! Невыгодно им стало! А мы до сих пор разгребаем акежановские «проделки», и не можем вытурить незваных «гостей», несмотря на некоторые потуги исполнительной власти в последние годы. Ещё бы: концессия закрепляла точный срок -35 лет, а договора были составлены настолько грамотно и однобоко (не в нашу пользу), что исключали любой разрыв договора.

Вот и отапливают они нас таким угольком уже добрых полтора десятилетия, и в ус не дуют! Дескать, всё путём, ребята. Мы, типа, молчим, ну и вы молчите в тряпочку… Однако, обстановка далеко не радужная, и не в одной радиации дело – уголь тот преподносит и другие, не менее страшные «сюрпризы»…


Другой враг, но не менее страшный

Радиация, как известно, страшный враг всего живого. Она имеет свойство годами накапливаться в тканях живых организмов, в костях, а достигнув критической массы, даёт, казалось бы, внезапный и резкий скачок развитию лейкемии, раковых заболеваний, разрушает здоровые клетки организма и ДНК. Наука ещё не придумала способа уберечься от неё и спастись. По сути, это невидимый враг. Но всё же, враг довольно явный. Если знаешь, откуда приходит беда – можно принять меры по предотвращению угрозы. Однако, как ни парадоксально, ни исполнительная власть, ни всевозможные экологические службы не бьют в набат. И годами закрывают глаза на подобные «проделки». Не пытаются достоверно определить и наказать виновных.

Многие устькаменогорцы давно отметили любопытное совпадение: ухудшение их самочувствия и здоровья совпало по времени с начавшимися поставками угля Каражыры на Усть-Каменогорскую ТЭЦ по второй половине 90-х годов ХХ века. Появились новые симптомы – ожог горла, раздражение слизистой и др. Растет и число онкозаболеваний. Учёные – экологи, похоже, давно поняли причины происходящего, но предпочитают отмалчиваться, вероятно, выполняя пожелание властей. А подоплёка всего этого такова: чтобы не допустить роста социальной напряжённости, можно манипулировать результатами анализов и замеров. Играть схемами и диаграммами с показаниями, как с ручным мячиком: захотим – подбросим, захотим – будет лежать. Так что реальная картина загрязнения атмосферного воздуха Усть-Каменогорска далека от той, которую нам преподносят и навязывают. Но, даже исходя из неё, явственно виден самый опасный (после радиации) враг, являющийся продуктом горения углей – диоксид азота (NO2). Неспециалист, далёкий от химии, про него и не слышал. А ведь именно он вызывает рост раковых заболеваний – рака гортани, лёгких, пищевода и пр. По степени опасности он относится ко II классу, и стремительно обогнал уже набивший всем оскомину, и гораздо более безвредный сернистый ангидрид, относящийся к III классу опасности.

Несколько лет назад медики-учёные из ВОЗ (Всемирной Организации Здравоохранения) провели в г.Осло (Норвегия) скрупулёзные исследования о влиянии всевозможных городских выбросов в атмосферу на здоровье человека и установили абсолютно точно: самый главный катализатор онкозаболеваний – диоксид азота! Диоксид серы и другие элементы, как говорится, и рядом не стояли. Причём, диоксид серы вовсе не провоцирует рак. В результате этих масштабных наблюдений за здоровьем 16 тысяч жителей норвежской столицы в возрасте 40-49 лет, длившихся 25 лет (с 1972 по 1998 гг.) было неопровержимо доказано, что рак лёгких, зарегистрированный у 418 участников исследования, был вызван воздействием именно диоксида азота. А у 2384 других – были диагностированы другие онкологические заболевания. Анализ показал, что присутствие 10 микрограммов диоксида азота на 1 кубический метр воздуха в течение только 5 лет увеличивает риск развития рака лёгких почти в 1,5 раза! Учёные под руководством Пера Нафстада из Норвежского института общественного здоровья г.Осло (у них есть даже такой!) рассказали об итогах своих исследований на страницах британского научного журнала THORAX, произведя фурор в западном мире.
Но если так обстоит дело в благополучной Норвегии, насквозь продуваемой северными ветрами, то что говорить об Усть-Каменогорске, который давно пора объявлять зоной экологического бедствия! Почти половина дней в году – штиль. И травят нас этим самым диоксидом азота по полной… И хотя таких масштабных исследований, как в Осло, у нас не проводилось (да видать скоро и не светит!), кое-какие данные у нас имеются.

Установлено, что 90,9% выбросов диоксида азота в нашем городе происходят от предприятий теплоэнергетики. Основной вклад в загрязнение атмосферного воздуха этим смертоносным веществом вносит никто иной как «AES Усть-Каменогорская ТЭЦ» – 70,85%! Порядка 4 тонн в год диоксида азота выбрасывает в воздух труба ТЭЦ, видимая со всех сторон. Около 3 тонн – добавляет Согринская ТЭЦ, плюс 200 кг ежегодно посылают вдогонку «Тепловые сети». Необходимо отметить, что остальные предприятия города практически не выбрасывают диоксид азота, так как ничего не жгут. Хотя, около 413 кг подкидывает «Казцинк», да Востокашзавод – 21,4 кг, свой посильный вклад вносит и УМЗ – целых 3 кг. Для ТЭЦ быть основным «поставщиком рака» – положение незавидное, но руководство станции долгое время пыталось «перевести стрелы» на частный сектор: «Мол, это они, владельцы своих домов, отапливая жилища, и дают львиную долю диоксида азота, выбрасывая его в печные трубы». И до поры это сходило им с рук. Однако, экологи при поддержке «Казгидромета» провели изучение обстановки и выяснили, что на самом деле доля частного сектора ничтожно мала – не более 500 кг в год! Результаты исследований положили на стол акима города, чем припёрли загрязнителей-энергетиков к стенке. Но те извернулись, и заладили уже другую «песню»: дескать, «все выбросы УК ТЭЦ лимитированы министерством, и удельных норм выбросов диоксида азота мы не нарушаем»… Возникает резонный вопрос: а кто устанавливал эти опасные для населения нормы? И в чьих интересах они были приняты? Если не в интересах горожан, которых травят онкокатализатором, то такие неправильные нормы пора изменять! Именно это и заявил аким г.Усть-Каменогорска Ислам Абишев, посетив УК ТЭЦ с инспекционной поездкой и обменявшись мнениями с руководством ТЭЦ. Более того, выяснилось, что на ТЭЦ нет никакой экологической программы по снижению воздействия на окружающую среду. И даже не планируется на ближайшие годы. Этот вопиющий факт вызвал неподдельное возмущение городской администрации, экологов и депутатов Мажилиса Парламента РК заявивших, что эту проблему надо решать. И решать незамедлительно! Конечно, УК ТЭЦ расходует определённые средства на экологические мероприятия, но доля их не столь велика на общегородском фоне. И расходуемые бессистемно, не имея чётко разработанной экологической программы, скажем до 2015 года, эти средства буквально улетают на ветер. Так, в 2009 году на природоохранные мероприятия на УК ТЭЦ потратили 76 млн.251 тыс. тенге, а к осени 2010 г. – 65 млн. 409 тыс. При этом на УМЗ в 2009 г. было затрачено на аналогичные цели – 367 млн. тенге, а на «Казцинке» аж 25 млрд. 840 млн. тенге в соответствии с принятой на предприятии программой. Из гигантов индустрии лишь один ТМК занял позицию позади УК ТЭЦ, хотя выбрасываемый на ТМК хлор тоже является опасным веществом, и воздух явно не озонирует… (В ближайших номерах мы займёмся этой темой).

Но вернёмся к УК ТЭЦ. У администрации предприятия и их американских хозяев есть ещё один удобный для них «откаряк» – отговорка. Мол, снизить количество выбросов диоксида азота «не представляется возможным», так как во всём мире до сих пор нет технологии, позволяющей это сделать. Однако, и это не соответствует действительности! В соседней России несколько лет назад на Тольяттинской ТЭЦ был впервые в мире внедрен и уже успешно действует метод нейтрализации окислов азота на основе селективного некаталитического восстановления. Суть новой технологии заключается в том, что в топку котла во время сгорания угольной пыли впрыскивается аммиак. В результате – соединения азота разлагаются до молекулярного азота и воды, что на 70% снижает вредные выбросы! Авторы проекта В.Аветисян и А.Алфеев (главный инженер ТЭЦ) были награждены орденами РФ, а распространение новой экологической, и можно сказать, революционной технологии на предприятиях РАО «ЕЭС России», поможет россиянам жить в качественно иной среде. Иными словами, дышать легче и болеть значительно реже. Вот что получается, когда энергетикой страны руководит своя, национальная корпорация, а не заокеанские «инвесторы», как у нас, ни цента не вложившие за 13 лет в обещанные ими инвестиции. Что им здоровье аборигенов? Так – расходный материал в сумасшедшей гонке по извлечению прибыли…

Не так давно под нажимом властей и общественности, руководители УК ТЭЦ заявили, что всё-таки могут разработать долголетнюю экологическую программу. Но, по их словам, это обойдётся в 2 млрд. тенге, и у них, мол, не будет другого выхода, как раскидать всю сумму на тариф. Иначе говоря – возложить все расходы на население! А иных средств на эти цели у них, дескать, нет. После такого ультиматума в горакимате дрогнули и, убоявшись роста социальной напряжённости, от УК ТЭЦ временно отстали. Хотя, думается, на подобные спекуляции и шантаж нужно отвечать предельно жёстко, как это делается во многих цивилизованных странах. Вплоть до изгнания с рынка.

К слову сказать, деньги на ликвидацию смертельной опасности в виде диоксида азота, всё же есть. Ими распоряжается руководство области и областной маслихат. Это так называемый экологический фонд и в нём аккумулируются сборы со всех предприятий-загрязнителей. В итоге получается весьма кругленькая сумма – 2 млрд. 200 млн. тенге! Только на саму экологию в основной массе эти средства не тратятся – их пускают на строительство дорог, мостов, и прочие хозяйственные нужды. Но крайне редко по прямому назначению. Хотя, затратив только раз, и внедрив тольяттинскую схему на Согринскую ТЭЦ и УК ТЭЦ, можно было бы кардинально решить экологическую проблему с диоксидом азота, и существенно снизить онкозаболеваемость. Если господа чиновники боятся роста социальной напряжённости из-за увеличения тарифов ТЭЦ – вот вам иной путь. Или способ изменения экологической ситуации. Почему бы власти, наконец, не показать себя реальным радетелем за здоровье людей? На деле, а не на словах.

А пока конкретных шагов в этом направлении не видно. Лишь однажды усть-каменогорская компания «AIR ЭКО» по заданию облакимата попыталась просчитать долю влияния УМЗ, «Казцинка», ТЭЦ и других предприятий в промзоне, и даже выпустила некую работу под названием «Загрязнение атмосферного воздуха Северного промузла», где вероятно было установлено кто и какую долю вносит в загрязнение воздуха областного центра и по каким ингредиентам. Но затем итоговый отчёт… исчез! Его не стали обнародовать, и даже экологи Усть-Каменогорска с ним не были ознакомлены. Любопытный факт, говорящий о многом…

Вообще, надо сказать, что цифрами замеров воздуха и даже ПДК, периодически вертят, как захочется местным властям, или столичным чиновникам из министерств. Вот только один пример: в отчётах 2009 г. вдруг резко и беспричинно выросла концентрация диоксида серы и азота по Усть-Каменогорску. В Казгидромете не объяснили причин. Их мы осмыслили сами. Первое: потом можно будет показать снижение этих самих выбросов, и заверить общественность, что борьба ведётся. Второе: к 2010 году были достигнуты определённые успехи в дорожном строительстве и с высоких трибун стали говорить, вот, мол, вредной пыли стало гораздо меньше. Правда, есть ещё одна проблема. Это выбросы автотранспорта. И в этом деле давно пора навести порядок: ввести евростандарт для всех автомобилей. Нещадно чадящие авто – выбрасывать на свалку. Здоровье – дороже! Ведь половина топлива, поступающего в Усть-Каменогорск и область – ниже среднего, просто отвратительного качества. В соседней России у таких деляг просто отнимают лицензии и выгоняют с рынка. А у нас – тишина… Вполне резонно можно предположить сращивание отдельных представителей власти с этими горе-предпринимателями. Или «крышевание», что собственно, одно и тоже.

Лет семь назад после очередной реформы «раздербанили» единый экологический надзорный орган на две части: Иртышский департамент экологии (ныне – руководитель Э.Ким) остался под Министерством охраны окружающей среды, а госучреждение «Управление природных ресурсов и регулирования природопользования ВКО» (руководитель В.Чернецкий) попало в подчинение облакимата. Причина банальная – делёж финансовых потоков. Но что самое интересное – ни эти два вышеозначенных управления, ни Казгидромет не занимаются систематизацией и анализом экологических данных. Ради чего работают – непонятно! Что-то делают, деньги тратят, а реального результата годами нет! Э.Ким говорит: «Я чисто инспектор! Дайте мне лимиты, которые согласованы с государством, и я определю, есть превышение или нет». И собирает штрафы с обнаглевших. В.Чернецкий утверждает, что у него нет ни таких полномочий, ни специальных кадров для этого. И лишь следит за выполнением природоохранных мероприятий. На прокорм ему дают из того самого акиматовского фонда! И пока всё это будет продолжаться, реального улучшения экологии мы не увидим.

Правда, в последние месяцы власти немного зашевелились. Поняли, что без единого экологического органа, который бы занялся анализом обстановки, не обойтись. Но тут же замыслили подчинить его себе. Предполагаемое название этой структуры – «Центр по обработке и анализу информации». Продвигает его Совет общественности при акиме ВКО. Так что вряд ли будет сей орган независимым и 100%-но объективным, способным правдиво проанализировать обстановку, и чётко определить виновников-отравителей. Сейчас властями запущена и по бумагам даже реализуется областная экологическая программа, расходуются деньги. Но, как можно что-то реализовывать, если не проведён всесторонний и тщательный анализ всех данных? Не определены официально и названы главные загрязнители атмосферы? Телегу поставили впереди лошади. Выходит, чистая показуха, однако…


Сергей ВАСИЛЬЕВ
Усть-Каменогорск – Семипалатинский полигон – Экибастуз – Томск – Кемерово – Усть-Каменогорск


От редакции.
Когда номер готовился в печать, стало известно о подписании 9 декабря в Москве соглашений об образовании Единого экономического пространства. Теперь ничто не мешает той же УК ТЭЦ брать более качественный, и, что самое главное – безопасный кузбасский уголь. Границы открыты, таможенных сборов нет, железнодорожные тарифы – по внутрироссийским расценкам. Никакие отговорки теперь не убедят. Мы уже не говорим об экибастузском угле. Тут и так все ясно, товар наш – казахстанский. Даже старая программа импортозамещения не пострадает.
  • 0
  • 18 декабря 2010, 00:00
  • Flash

Комментарии (1)

rss свернуть / развернуть
+
0
Прошло ровно два года, но что изменилось в экологической ситуации ВКО? Еще больше предприятий-загрязнителей, бесконтрольные выбросы, превышение всех ПДК в десятки и сотни раз при трусливом попустительстве природоохранных ведомств, и миллиарды от штрафных санкций предприятий-загрязнителей по-прежнему расходуются не по прямому назначению, т.е. для восстановления здоровья и безопасности жителей региона, как и должно быть в соответствии с Конституцией страны, а исчезают в непомерных аппетитах наших чиновников. И где же демократы всех мастей и, так называемые "народные" коммунисты, присевшие у парламентской кормушки, получающие по "лимону" в месяц и правительственные награды, и, цитируя вождя мирового пролетариата, "как далеки онм от народа", то бишь от нас, усть-каменогорцев, которых списали как отработанную руду...
avatar

  • 25 декабря 2012, 01:50
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.